<< Главная страница

Владимир Белобров, Олег Попов. Загадки даун-космоса



DOWN.COSMOShuidogonish@mail.ru
MAKPOKOCMOC/H.DOGONISH/MAKPOKOCMOC/H.PROSSYSH или ЗАГАДКИ ДАУН.КОСМОСА

выпуск 4. НОВОГОДНЯЯ СКАЗКА c ПРОЛОГОМ и ПРОЧИМ
НОВОГОДНЯЯ СКАЗКА
ПРОЛОГ
Уже давно медведь впал в зимнюю спячку. И снег уже толстым слоем укрыл
проход в берлогу. Уже и заяц быстро бегает в зимнем тулупчике. Уже и
красавица белка питается в дупле запасами - шишками, грибами, ягодами.
И на носу уже Новый Год.
А в Новый Год, как известно, сбываются самые невероятные желания. Помните
себя в детстве, как вы подходите к елке, крепко зажмуриваетесь и -
захотите-захотите какое-нибудь желание. И смотришь - лежит тебе под елкой
новенький фотоаппаратик, или заболевает на полгода вредная училка, или в
цирк-шапито сводят.
А то, бывает, такое диво случится, что никто потом не верит.
1.
Петр Степанович Пастухов с женой Клавой, Борис Мартынович Уткин с женой
Симочкой, Гамлет Сергеевич Айрикян с подругой и Светлана Францевна Королек
решили встречать Новый Год в настоящем лесу под елкой, чтобы выпить ровно
в полночь игристого и подурачиться.
На дне рождения у Петра Степановича Пастухова они смотрели телевизионный
фильм ужасов, как три молодые пары встречали Новый Год в лесу и как их
почти всех покусали вампиры. Начало кино ничего такого не обещало.
Молодежь приехала отдохнуть в загородный домик к одному другу. Друга дома
не оказалось. Тогда они достали из машины корзинки с едой и стали
располагаться. Одна девушка резала на кухне ветчину и случайно порезала
себе палец. Кровь из пальца капнула на пол и через щель в досках
просочилась в подпол. А в подполе сидел страшный вампир и ему попало на
голову. Вампир подергался, встал и пошел всех ловить. Выходит он из
погреба. Спиной к нему стоит девушка, бинтует палец. Вампир дал ей сзади
сковородкой, высосал кровь и спрятался. Приходят остальные на кухню. Видят
- труп! Надо же, - думают, - что случилось! Положили труп в соседней
комнате на диван и пошли выпить от нервов. Сидят, выпивают. Вдруг жених
той девушки решил еще раз проверить - как она там. Приходит в комнату,
садится к ней на диван. Сидит грустный. Вдруг у его невесты на пальцах
отросли кривые железные ногти. Жених хочет убежать, но не успевает -
невеста дала ему сзади стулом и - в шею зубами. Стало вампиров трое -
жених с невестой и вампир из подвала. Потом к ним еще муж с женой
присоединились. А потом последняя пара подвзорвала дом с вампирами.
После кино мужчины вышли покурить на кухню.
- А что, друзья, - сказал Борис Мартынович, - не встретить ли и нам этот
Новый Год в лесу под настоящей елкой?
- А это идея! - подхватил Гамлет Сергеевич. - Только вам-то хорошо с
женами, а мне-то каково там одному будет?
- Не с кем ему! - хохотнул Петр Степанович Пастухов. - Найдешь себе
какую-нибудь...

2.
В лес добрались затемно. Мужчины спилили сосну и развели костер. Женщины
готовили стол.
- Меня свекровь заела, - говорила Симочка. - Лучше уж в лесу, чем с ней.
- Это от того, Симочка, что вы не смогли найти общий язык со своей
свекровью, - обьяснила Клавдия.
- А я вот со своей смогла найти общий язык, - Светлана Францевна закурила.
- Я ей сказала: Послушайте меня, мама, если вы еще раз засунете свой нос в
наши с Вадиком дела, то вы отсюда моментально съедете.
- Ой, Светка, Светка... Вот они с Вадиком от тебя и съехали, - заулыбалась
Симочка.
- Ну и правильно сделали! - Светлана Францевна подбоченилась. - Чего с
дураками жить?! Свекровь - идиотка и Вадик ее - идиот! Будьте спокойны,
без мужика не останусь!
- Милочка, - спросила Клавдия подругу Айрикяна, - вы Гамлета Сергеевича
давно знаете?
- Год назад в метро познакомились. Он у меня телефон попросил. А на днях
позвонил.
- Вы с ним поосторожнее. Гамлет у нас быстрый.
- Сне-гу-ро-чка! Сне-гу-ро-чка! - заорали под елкой.
Все обернулись.
Под елкой в красной шубе и красной шапке стоял Дед Мороз с мешком.
- Вот здорово! - Воскликнула Симочка. - Дед Мороз!
- Здравствуй дедушка, - поздоровался Борис Мартынович. - Ты откуда взялся?
- С Северного Полюса! Долго я шел через дремучие леса и широкие поля...
Дед Мороз с мешком идет!
Здравствуй, Жора, Новый Год!
- Налейте дедушке! - крикнул Петр Степанович. - Дедушка устал ходить.
Хочет вмазать.
Деду поднесли коньяку.
- Благодарствую, - Дед Мороз выпил и занюхал еловой веткой. - В нос
шибануло!
- А чего у тебя в мешке?! - громко спросил Борис Мартынович. - Чего ты нам
принес?
- Хлопушки! - Дед Мороз вывалил на стол гору хлопушек. - Хлопнем, а?
- Хлопнем, ага!
Все взяли по хлопушке и хлопнули.
- Ура! - закричала Симочка, подняла руки и запрыгала.
- Кто у вас главный? - спросил Дед Мороз.
- Я! - отозвался Петр Степанович Пастухов.
- Налейте мне еще коньяку вкусного.
- А не окосеете?
- Чиво?
- Шутка, - Пастухов налил дедушке еще.
Дедушка Мороз выпил и с размаху поставил стакан на стол:
- После второй не закусываю!
- Ух, ты! - присвистнула Светлана Францевна. - Крепкий старик!
Петр Степанович налил еще стакан.
Дед опрокинул и вернул стакан Пастухову.
- Будем повторять! После третьей не закусываю!
- Ты так у нас весь коньяк вылакаешь, - сказал Петр Степанович, наливая в
стакан.
Дед Мороз опрокинул.
- Будем повторять!
- Я тоже хочу выпить с Дедморозиком на брудершафт! - Закричала Светлана
Францевна.
Они выпили и поцеловались взасос.
После пятой Дед Мороз занюхал еловой шишкой.
- Я еще могу.
- Ну здоров дед пить! - Петр Степанович взял со стола хлеб-сало и протянул
Деду Морозу. - На.
Взяв закуску, Дед Мороз пошел шатаясь, сел под елку и заработал челюстью.
Другие сели за стол.
- Как необыкновенно мы встречаем этот Новый Год! - воскликнула Симочка. -
А где же Светлана?
- Проголодается - придет, - сказала Клавдия, намазывая икру.
- Позвольте, я скажу тост, - Гамлет Сергеевич встал. - Я сочинил в
стихотворной форме.
Снег идет, снег идет,
Елки все в снегу!
Этот с вами Новый Год
Встретим мы в лесу!
В этой жизни, говорят,
Счастья нет нигде.
Но с друзьями, знаю я,
Хорошо везде!
Всем понравилось, как сочинил Айрикян.
3.
У стола появилась Светлана Францевна с двумя стаканами.
- А нам с Дедморозиком налейте!.. Такой оригинальный дедок!
Светлана Францевна с вином ушла под елку.
- Повезло Светке, - сказала Клавдия. - Нам как раз ей пары не хватало.
Пастухов наклонился к Уткину:
- Светке не хватало пары палок, - прошептал он.
- Га-га-га!
- Не шептаться! - погрозила пальчиком Симочка. - Мы хотим шам-пан-ского!
Покушав, вышли из-за стола и слепили снежную бабу.
Потом покидались снежками и сели выпить.
В обнимку подошли Дед Мороз со Светланой Францевной. Им налили штрафную.
- Эх, ребята, уважили Дедмороза, - сказал раскрасневшийся Дед Мороз. -
Вечеринка удалась! Я погулял по полной программе! И теперь мне тоже
хотелось бы для вас что-нибудь сделать... У нас у Дедморозов и Снегурочек,
доложу я вам, замечательная жизнь. Нам все рады. Нам все наливают. Так
пусть и у вас так же будет! - Он взмахнул посохом и вся компания
превратилась в Дедморозов и Снегурочек.
ЭПИЛОГ.
С ТЕХ ПОР ИМ ВСЕ РАДЫ. ИМ ВЕЗДЕ НАЛИВАЮТ.

Белобров-Попов
[cosmos]

В увлекательной игре
собири все звездныйе
багацтва космоса
сыплющиеся из бездонного
неба над головой!
[закодировал М.Борисов]
КРИЭЙТЕД ДАУН.KOCMOC ПОПОВ, БЕЛОБРОВ и LINXY в 1999 и 2000 ГОДУ ПО
ЦЕЛЬСИЮ
huidogonish@mail.ru

DOWN.COSMOShuidogonish@mail.ru
MAKPOKOCMOC/H.DOGONISH/MAKPOKOCMOC/H.PROSSYSH или ЗАГАДКИ ДАУН.КОСМОСА

выпуск 17. КОСМИЧЕСКИЙ КУСОК КРАСНОГО БУБНА
Следующим был дом айзербайджанца Мурата Алиева. Алиев не был, конечно,
коренным жителем Красного Бубна. Он приехал сюда из Нагорного Карабаха,
спасаясь от войны. Пару лет работал в колхозе комбайнером, а когда колхоз
развалился Алиев, как все азербайджанцы, занялся традиционным
азербайджанским делом - торговлей. Он держал вдоль шоссе несколько
коммерческих киосков. Фирма ООО "Южная Ночь". Бубновцы относились к Алиеву
двойственно. С одной стороны он уже воспринимался ими как свой, но с
другой стороны за глаза его критиковали за то, что чурбан. Так-то Алиев, в
принципе, был неплохой мужик, давал деревенским в долг, не жадничал и
шутки понимал... Но все-таки... айзер...
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
АЛИЕВ
1
Мурат объехал киоски и вернулся домой затемно. В Бубне он жил один. Семья
осталась в Азербайджане у родственников жены. Когда начались события в
Карабахе, они решили уехать из родных мест. Мурат временно отправил жену с
детьми к ее родственникам в Баку, а сам поехал в Россию, чтобы
обустроиться там, а потом забрать семью. Но время сослужило плохую службу.
Пока Мурат обустраивался, родственники жены обработали Фариду. Каждый день
они говорили ей, что муж бросил ее и скрылся в России, где наверняка завел
новую семью, потому что в России одни развратные женщин. А если человеку
каждый день говорить одно и то же, он в конце концов начинает этому
верить. И когда Мурат наконец-то купил дом, машину, завел хозяйство и
можно было не стыдясь принять семью, он получил из Баку письмо. Жена
писала, что она его проклинает за то, что он ее бросил, и никогда за это
не покажет ему детей. Алиев был вне себя от горя и злости. Он собрался и
поехал в Баку разобраться. Но родственники жены не пустили его к семье,
сильно избили Мурата Рашидовича и пообещали, что если он сейчас же не
уедет, закопать его живым. Алиев поверил - в Азербайджане с этим стало
просто. Он уехал и теперь жил один, напяливая временных продавщиц. Если бы
он был русский, то наверняка бы запил. А он был нерусский и поэтому только
курил вечерами коноплю. Конопли здесь было много и стоила она недорого.
(Недаром рок-группа "Собаки Лондона" отправилась под Тамбов на гастроли).
2
Алиев заехал в сарай, закрыл за собой ворота и запер их на засов. Прошел в
избу. Изба была русская, а обстановка, по возможности, азербайджанская. На
стене висел восточный ковер. Под ковром - диван-кровать, застеленная
полосатым покрывалом. В углу - резная расписная тумбочка с орнаментом. На
тумбочке - бронзовая ваза с длинным узким горлышком. На другой стене -
чеканка, аллегорическое изображение Баку в виде лица азербайджанской
женщины и нефтяной вышке. Еще в комнате был застланый ковриком сундук и
сейф.
Мурат Рашидович повертел на пальце четки и сунул их в карман, а из кармана
вытащил перетянутую резинкой пачку денег и ключ от сейфа. Убрал деньги в
сейф и прошел в кухню. Приготовил чай. Вышел с пиалой на крыльцо, сел на
ступеньку.
Он пил чай, глядя в потемневшее небо и думал об Азербайджане, о своей
тяжелой доле, о бизнесе и о Гейдаре Алиеве. Многие в деревне спрашивали
Мурата - не родственник ли он азербайджанскому лидеру. И Мурат терпеливо
всем объяснял, что Алиев в Азербайджане -все равно, что Иванов у русских.
Алиев поставил пиалу на ступеньку, сунул руку под крыльцо, вытащил оттуда
целлофановый пакет с травкой и пачкой папирос Беломор. Вот это и был его
настоящий бизнес. Киоски Алиев держал для вида, они почти никакого дохода
ему не приносили. А вот торговля травкой - другое дело. Рискованное, но
достойное мужчины дело.
Мурат продул папиросу, заколотил коноплю и закурил. Почти сразу в голове
посветлело. Жизнь перестала казаться односторонней и неприятной. Теперь он
видел как бы ее всю целиком и она больше не отталкивала. Он посмотрел на
появляющиеся в небе звезды, на полную луну, на Млечный Путь, и подумал,
что вот человек живет в этом огромном мире, как блоха на теле собаки,
живет-живет, пока собака живет, а потом собака сдохла и блоха сдохла,
никому не хуже и не лучше...
Он добил косяк и прилег на крыльцо, чтобы удобнее было смотреть вверх. В
школе он хотел стать космонавтом и полететь к звездам, потому что знал,
что когда вырастет, такое будет уже возможно. ПЕРВЫЙ В МИРЕ
АЗЕРБАЙДЖАНСКИЙ КОСМОНАВТ В КОСМОСЕ! Потом он повзрослел и понял, что
космонавтами становятся немногие и он скорее всего космонавтом не станет.
Тогда Алиев решил стать астрономом, открыть новую звезду и назвать ее
ВЕНЕРА, по имени своей первой любви Венеры Фатыховны Тимургалеевой, с
которой он учился в одном классе. Но еще через несколько лет он понял, что
профессия астронома ему не подходит. Астроном - профессия не для всех, не
каждый сможет всю жизнь заниматься скучными вещами, чтобы открыть
что-нибудь и назвать ВЕНЕРОЙ, которая в космосе и так уже, оказывается,
есть. Тем более Венера Тимургалеева к тому времени уже вышла замуж за
жирного армяна Вартана Гукосяна...
Короче, когда Алиев вырос, он стал заниматься торговлей, как все взрослые
азербайджанцы. И был доволен, пока не началась война в Карабахе. С этого
момента все пошло наперекосяк... Но, слава Аллаху, вроде бы обратно стало
помаленьку налаживаться...
Совсем стемнело и похолодало. Алиев поежился и решил вернуться в дом,
попить там еще чаю, покурить и лечь спать. Его немного тусовало сидеть
улице.
3
Мурат Рашидович сунул пакет с травой в карман, встал с крыльца, и тут в
ворота постучали. Алиев поморщился. Не хотелось сейчас с кем-нибудь иметь
дело... Он вздохнул и пошел к воротам.
- Кто тут?
- Мурат Рашидович? - спросил с улицы незнакомый голос.
- Ну, я... Кто это? - Алиев нагнулся и посмотрел в дырочку, но было уже так
темно, что ничего конкретного он там не увидел. Только какая-то тень.
- Мурат Рашидович, я от Алика.
- От какого такого Алика? - спросил Алиев, хотя уже понял от какого.
Аликом звали его земляка из Тамбова с которым у них было общее дело. Алик
направлял Алиеву проверенных плановых клиентов.
- От Алика Керимова...
Мурат отодвинул засов и приоткрыл ворота.
- Проходи... только быстро...
Человек прошмыгнул мимо Алиева во двор. Мурат запер ворота и повернулся.
- Пошли к дому.
Они подошли к крыльцу. Мурат пошарил рукой по стене, щелкнул выключателем.
Над крыльцом загорелась лампочка. Алиев повернулся к незнакомцу.
Молодой парень, лет двадцати пяти, высокий, с длинными светлыми волосами,
в кожаной куртке с множеством молний, в ковбойских сапогх и черных
джинсах. Из-под расстегнутой куртки выглядывала черная майка с огненными
монстрами хеви-металла. А вот лица парня Мурат не видел, парень держался
за челюсть рукой. На внешней стороне ладони Алиев разглядел татуировку
змеи и надпись готическими буквами SERGEY. Типичный бездельник, которых в
последние годы развелось множество и которые, в основном, и покупали у
Алиева травку.
Но что-то Алиеву в нем сильно не понравилось. Он не мог понять что именно...
Но почему-то сразу решил, что это ментовская засада...
- Ты чего за морда держишь? - спросил он.
- Зубы болят, - ответил парень и Алиев понял, что тот врет.
Ни-че-го-у-не-го-не-бо-лит!
- Понятно, - в голове Мурата быстро завертелись мысли. Нужно было как-то
выпутываться. Он решил притвориться. - А чего пришел-то? - спросил он.
- Как чего? Я ж сказал, от Алика!
- От какого Алика?
- Я ж сказал, от Керимова!
- Ну и что дальше?.. Алик велел мне что-нибудь передать?.. Тогда давай и
уходи...
- Я за травой.
- Какой-такой травой?! Иди на лужайку за травой, где коровы ее кушают!
- Ты чего?.. Ты чего придуриваешься? - в голосе парня послышалась угроза.
- Не придуривайся! У меня времени нет, давай траву! Покупаю!
- Брат... что ты хочешь? - Алиев развел руками. - Я, брат, не понимаю, да...
Я спать хочу, брат... Что ты ко мне пришел ночью?.. Приходи днем, чай
выпьем... Может днем, брат, ты мне объяснишь, какое дело у тебя... А то, брат,
ты пьяный немного... говоришь непонятно... Давай иди, приходи днем, - он
легонько подтолкнул парня к воротам.
- Да ладно тебе мозги-то компостировать, - парень увернулся, неожиданно
ловко залез к Алиеву в карман и выхватил оттуда пакет с травой. - Вот она!
Вот какая трава! В кармане у тебя лежит! Ого! - он повертел перед собой
пакетом. - Да тут много!
Алиев побледнел и на лице у него выступили капельки пота. Он растерялся.
Он не ожидал такого поворота. Парень сунул Алиеву в руку несколько купюр.
Раздался грохот. Ворота полетели на землю и во двор ворвались еще
несколько фигур. Когда они приблизились, Мурат разглядел двух солдат в
плащ-палатках и нескольких молодых людей в кожаных куртках.
- Понятые! - закричал один солдат. - Вы являетесь свидетелями
купли-продажи наркотиков! Только что на ваших глазах этот гнусный торговец
зеленой смертью продал русскому парню мешок травки! Купюры помечены.
- Солдат подбежал к совсем обалдевшему Алиеву и выхватил у него из рук
деньги.
Алиев сел на крыльцо.
- Слушай, брат, ты что говоришь, да? Я тебя первый раз тут вижу, да! - Он
вытащил из кармана четки. - Этот кто такой вообще пришел? Пришел тут... чего
он принес, я не знаю... Деньги мне сует!.. Зачем мне его деньги? Мне чужой
денги не нада! Я честный человек, сам себе дэнги зарабатываю! Я свободный
предприниматель, понял! Мне чужой дэньги не нада! Я лучше сам их
заработаю! А этот пришел ночью, я спать хотэл, принес травы, дэнги! Зачем
принес? Нэ панимаю!.. Я ему гавару: зачэм принес мне? Унэси атсюда! А тут
ты, началник, прибежал, мене гаваришь непанятный вещь! Что случилась?!
Пачиму варота сламали? Зачем дэнги мене давал? У мене денги есть! Я сам
могу денег давать!.. - он посмотрел на солдата снизу вверх. - Денги -
вода, сэгодня есть - завтра нэт!
- Ага! Ты значит, чурбан, взятку предлагаешь?! Понятые, слышали? Он мне
предлагал деньги!
- Зачем предлагал?! Зачем абижаешь меня? Я сказать не это!
- Не юли, падло, - солдат вытащил из-под плащпалатки автомат с круглым
магазином и ударил Алиева прикладом в лоб.
Алиев отлетел к двери. Он понял, что менты настроены решительно.
Понятые зааплодировали и заулюлюкали.
Подошел второй солдат.
- Да что ты, Мишка, с ним возишься? И так все понятно. Ты что, не знаешь
приказ?
- Что за приказ еще?
- Лица, замешанные в распространении наркотиков на территории России и не
являющиеся гражданами России, могут быть расстрелены на месте в пределах
соответствующей квоты. Допустимая квота - десять-пятнадцать преступников в
день, исключая крупные населенные пункты и другие места скопления граждан,
где квота может быть увеличена до размеров необходимых для решения задачи.
Приоритет отстрела - лицам кавказской, среднеазиатской, прибалтийской и
восточнославянской национальностей, а так же малочисленных народов
крайнего Севера.
- А этих-то за что?
- За мухоморы. - Второй солдат сделал шаг в сторону Алиева. - Перед нами
явный представитель лиц кавказской национальности без регистрации и
прописки, - он вытащил автомат и передернул затвор. - Именем Союза
Советских Социалистических...
- Стой, брат! - закричал Мурат. - Стой, не стреляй! У меня есть прописка!
Я тут в деревня живу законно! - Он полез в карман и быстро вытащил
паспорт. - Вот, смотри, брат! Все есть, как нада!
Солдат взял паспорт и пролистал.
- Что ж ты врешь-то, чурбан?!- он швырнул паспорт Алиеву в лицо.
Мурат раскрыл документ и увидел, как у него на глазах печать о прописке,
за которую он заплатил столько денег, тает и исчезает.
- Мама джан! - вырвалось из груди у несчастного азербайджанца. - Куда
печат делся?!
- А ты, чурбан, думал, что за деньги можно вечную печать купить?! За
деньги, дорогой, можно только вечные муки купить! И пучок укропа! А-ха-ха!
- солдат поднял автомат.
Но тут Алиев изловчился и пнул солдата снизу вверх ногой. Автомат
подпрыгнул в руках солдата и выпустил в темную ночь очередь трассирующих
пуль.
Алиев вскочил и побежал в избу, на бегу вытаскивая из кармана ключ от
сейфа, где он прятал пистолет. Ногой он захлопнул за собой дверь и
задвинул засов. Только он успел заскочить в кухню, как входную дверь
прошила автоматная очередь. Разлетелась вдребезги керосиновая лампа. Алиев
пригнулся и пробежал в комнату. Он воткнул ключ в скважину сейфа, но не
попал. Он попал в скважину только с третьего раза. Но из-за дрожи в руках
Алиеву никак не удавалось повернуть ключ в замке. Наконец у него
получилось, замок щелкнул и дверца приоткрылась. Мурат распахнул ее и
сунул руку внутрь.
Страшная нечеловеческая боль пронзила его от кончиков пальцев до самых
пяток.
- Мама! - закричал он.
Что-то в сейфе откусило ему руку до локтя.
Из сейфа на мгновение показалась то ли волчья, то ли чья-то еще ужасная
морда с огромными желтыми зубами, по которым стекала кровь Мурата.
Чудовище зарычало, вцепилось Мурату в живот и утянуло его в сейф.
Дверца сейфа сама собой захлопнулась.
Белобров - Попов
[cosmos]

В увлекательной игре
собири все звездныйе
багацтва космоса
сыплющиеся из бездонного
неба над головой!
[закодировал М.Борисов]
КРИЭЙТЕД ДАУН.KOCMOC ПОПОВ, БЕЛОБРОВ и LINXY в 1999 и 2000 ГОДУ ПО
ЦЕЛЬСИЮ
huidogonish@mail.ru

DOWN.COSMOShuidogonish@mail.ru
MAKPOKOCMOC/H.DOGONISH/MAKPOKOCMOC/H.PROSSYSH или ЗАГАДКИ ДАУН.КОСМОСА

выпуск 33. СМЕРТЬ ПЕТЬКИ УГЛОВА (из "Красного Бубна")
Петька очнулся в Кремле. Это он понял, когда увидел перед собой Царь-Пушку
с ядрами и Царь-Колокол с отбитым краем.
Мимо в Чайке проехал Брежнев. Брежнев помахал Петьке рукой и послал
воздушный поцелуй.
Когда Петька увидел Брежнева, то сразу понял зачем он, Петька, здесь
находится. Он должен рассказать Брежневу, что Владимиру Семеновичу
Высоцкому не дают жизни менты. И вот Петька пробрался в Кремль, чтобы
доложить об этой несправедливости лично Леониду Ильичу, который само
собой, ни хера про это не слышал, чтобы Брежнев разобрался и поставил
вопрос на политбюро и кому надо навтыкал полны жопы огурцов.
Петька кинулся к Чайке.
- Стой! Стой! - замахал он руками над головой.
Машина остановилась. Дверца раскрылась и из машины вышел, запахивая на
ходу пальто, Брежнев. Он был высок и похож на артиста Евгения Матвеева.
Брежнев подошел к Петьке:
- В чем дело, товарищ? - спросил он басом.
- Я, товарищ Леонид Ильич, сам из деревни приехал. Потому что не могу
выносить несправедливость.
Брежнев нахмурил свои густые черные брови, вытащил из кармана кожаный
блокнот и ручку с охрененным золотым пером. Он хотел было писать, но потом
переложил блокнот с ручкой в левую руку, а правую протянул Петьке:
- Как вас зовут, товарищ?
- Петькой Угловым, - Петька пожал твердую теплую и по-настоящему дружескую
руку.
- Ну а я, вы знаете, генеральный секретарь Политбюро ЦК КПСС. Вот что,
товарищ Углов, - Брежнев провел лодонью по волосам, - а давайте-ка мы с
вами не будем так вот посреди дороги общаться, а пройдем прямо ко мне в
кабинет и там в деловой обстановке побеседуем.
- Согласен, - ответил Петька.
Брежнев сделал приглашающий жест рукой, они пошли в сторону Спасской
Башни.
- А как же машина, Леонид Ильич?
Брежнев махнул ладонью:
- Пустое! Из Кремля не скоммуниздят. У меня тут целое МВД охраняет. Да и
куда ты такую машину в СССР спрячешь? В стране должен быть порядок!
Порядок и субординация. У меня в Кремле не поворуешь!
Они прошли через ворота с разноцветными узорами. За воротами бил золотой
фонтан Дружба Народов и ходили павлины. На голубых елях сидели мартышки.
Жираф ел листья тополей.
Брежневу на плечо опустился разноцветный попугай, величиной со среднюю
курицу. Брежнев погладил попугая пальцем по клюву.
- Каганович это. Мой любимый друг. По секрету тебе, товарищ Углов, скажу:
он носит почту от товарища Фиделя Кастро, - Брежнев поднял попугаю крыло и
вытащил из-под него свернутый в трубочку листок. Надел очки в золотой
оправе, развернул, нахмурился. - Пишет товарищ Фидель, что американцы
совсем оборзели и не считают нас за людей. Вот, - Брежнев ударил тыльной
стороной ладони по листку, - пишет, что заслали они к нам шпиона бабу! Это
ж форменное издевательство! Они думают, что мы такие лопухи, что нас и
баба провести сможет!
- Ни фига себе!
- Вот тебе и ни фиги себе! М-да... Нужно будет дать задание Андропову,
чтоб разобрался с этой целкой американской. - Брежнев стряхнул с плеча
Кагановича и попугай перелетел на башню.
Углов задрал голову. Попугай сел прямо на рубиновую звезду и сказал:
"Венсеремос".
Брежнев подошел к автомату с газированной водой, нажал на кнопку. Стакан
наполнился газировкой с сиропом.
- Без денег работает? - удивился Петька.
- У меня тут все бесплатно. На, пей, - Брежнев протянул Петьке стакан. - А
я без сиропа себе налью.
Петька выпил. Такой сладкой газировки он в жизни не пил.
Они подошли к высоченным дубовым дверям. По бокам стоял почетный караул в
белых перчатках.
- Вот тут я и живу, - сказал Брежнев.
Караул отдал честь.
- Вольно, - скомандовал Брежнев. Он вытащил из кармана связку ключей,
нашел нужный и открыл дверь. - Проходите, товарищ. Со мной, - обьяснил он
караулу.
Широкая мраморная лестница была застелена красной ковровой дорожкой.
Сверху, навстречу товарищам Брежневу и Углову, спускались две красавицы с
огромными титьками и в кокошниках. Они несли хлеб-соль. У блондинки был
черный хлеб, а у брюнетки - белый.
- Ты с каким хлебом? - спросил Брежнев Углова.
- С черным.
- А я с белым привык.
Они отломили от караваев, макнули в соль и съели. Потом девушки поцеловали
их в губы и у Петьки встал.
Брежнев отпер ключом кабинет и пригласил Петьку пройти.
Кабинет у Брежнева оказался очень большой. Стены были обшиты дубовыми
панелями. В дальнем конце стоял огромный стол под зеленым сукном. На столе
стояли чугунная чернильница в виде Кремля, глобус, хрустальный графин, два
стакана в серебряных подстаканниках. Над одной стене висели портреты
Ленина, Сталина, Ельцина и Горбачова. Другую занимал стеллаж с книгами. На
третьей стене висел ковер, а на ковре висели сабли, кинжалы, ружья и
пистолеты.
- Ух ты! - восхитился Петька.
- Нравится? - спросил Брежнев.
Петька кивнул.
- Люблю оружие, - Брежнев подошел к ковру и снял маузер. - Личный маузер
товарища Дзержинского. На, потрогай.
Углов потрогал маузер.
Брежнев положил маузер в карман, снял саблю и покрутил восьмеркой. Сталь
со свистом резала воздух.
- Дамасская сталь, - Леонид Ильич подошел к резному стулу, размахнулся и
срубил у него спинку. Спинка отлетела в угол. - Я больше табуретки люблю.
Я в деревне вырос. Скамейки и табуретки...
Петька восхищенно смотрел на Генерального Секретаря. Он себе его таким и
представлял - народным руководителем, который сам жил и другим жить давал.

Брежнев повесил саблю на место, сел за стол.
- Присаживайся, товарищ Углов.
Петька присел на новый табурет.
Брежнев выдвинул ящик стола, достал пачку жвачки "Вригли" и протянул
Петьке.
- Жвачка.
Петька взял одну пластинку.
А Брежнев развернул и засунул в рот оставшиеся четыре.
- Я, когда речи говорю, - разжевывая, сказал он, - всегда жвачку жую для
смеха. - Он надул огромный пузырь. Пузырь лопнул и на подбородке
Генерального Секретаря повисла белая борода. Он сразу стал похож на деда
Мороза. Леонид Ильич собрал жвачку пальцем и отправил назад в рот.
Углов заулыбался, что Брежнев такой простой и с чувством юмора.
- Ну, товарищ Углов, выкладывай, что там у тебя.
Петька поерзал на табурете, не зная с чего начать.
- Леонид Ильич! У вас работы по горло и вы, конечно, все заметить не
можете. И поэтому всякие гады, пользуясь этим, творят за вашей спиной
безобразия разные.
Брежнев нахмурился.
- Я безобразий в СССР не допущу!
- Вот и я говорю! Чтобы у нас при таком Генеральном Секретаре, такая
хреновина творилась!
Брежнев кивнул и, сцепив руки замком, потер большими пальцами друг о
друга.
Петька выдохнул.
- Вот какое дело, Леонид Ильич!.. Товарищ Генеральный Секретарь Политбюро
ЦК КПСС!.. Нашего подлинно народного певца и артиста Владимира Семеновича
Высоцкого совсем заклевали разные гады, которые не понимают душу русской
песни и не смотрят русского кино! Его совсем затюкали, не дают ему как
следует работать, записывать пластинки и сниматься в хороших кинофильмах.
Он же через это может психануть и повеситься, как Есенин, или тяжело
заболеть. Я считаю, что нашей партии нужно принимать меры.
Брежнев неожиданно заулыбался.
- Говоришь, товарищ Углов, нужно нашей партии принимать меры? Дело
говоришь! Да только ты позабыл, что у нашей партии миллионы глаз и рук. И
она все видит и всегда принимает меры вовремя! Пойдем, товарищ Углов, я
тебе что-то покажу, - Брежнев вышел из-за стола, подошел к стеллажу с
книгами, нажал на книгу "Маркс и Энгельс" и стеллаж бесшумно отъехал в
сторону. За ним открылся коридор.
Брежнев направился в него, но остановился, вернулся к столу и вытащил из
тумбы бутылку "Столичной".
- Пригодится, - загадочно сказал он. - А ты, товарищ Углов, стаканы
возьми.
Брежнев прошел в потайной ход. Петька со стаканами последовал за ним.
Стены коридора украшали портреты вождей - Ленина, Кагановича,
Дзержинского, Молотова, Ворошилова, Сталина, Хрущева и других.
- А это кто? - Петька остановился перед незнакомым портретом. На портрете
был изображен какой-то дядя в пенсне и с немецкими усами кверху.
- Это наш немецкий товарищ.
- Эрнст Тельман?
- Нет, это его родственник, товарищ Кохаузен.
- А... Я сразу понял, что он немец. По усам.
- Наблюдательный ты, товарищ Углов, - похвалил Брежнев. - Пойдешь в органы
работать? Такие там нужны. Я Андропову позвоню, скажу чтоб тебе сразу
внеочередное звание присвоили, подполковника.
- Спасибо, товарищ Брежнев, - у Петьки на глазах навернулись слезы. -
Служу Советскому Союзу... А нельзя ли мне присвоить лучше тогда полковника
в отставке. А то я, товарищ Брежнев, как-то уже привык жить своим умом со
своего огорода. Брежнев усмехнулся.
- Ну что ж... Плохой бы я был Генеральный Секретарь, если б не мог людям
место определять...
Они подошли к двери, обитой черной кожей.
Брежнев приложил палец к губам и тихонько приоткрыл дверь.
И тут Петька услышал из-за двери голос Владимира Высоцкого, который пел:
А на левой гр-руди пр-рофиль Сталина-а-а А на пр-равой Маринка
анфа-а-ас-с...
Петька удивился. Запись была такая чистая, как будто за дверью пел
настоящий Высоцкий.
- Неужели по радио передают?!
- Ага. По Би-Би-Си - пошутил Брежнев. Он поманил Петьку пальцем, предлагая
заглянуть в помещение. Петька просунул внутрь голову и увидел живого
Высоцкого! Владимир Семенович сидел с гитарой на диване и пел! А перед ним
на журнальном столике стояли микрофон, початая бутылка водки, стакан и
банка шпрот. Под столиком вращались катушки магнитофона.
Петька не верил глазам.
- Записывается у меня Володя, - шепнул ему Брежнев. - Я ему условия
создал. Грюндик купил на чеки в "Березке". Я и название для записи уже
придумал. Концерт в Кремле будет называться.
- Ого! А пластинка выйдет?
- С пластинкой, товарищ Углов, пока обождем. Сейчас это было бы
идеологически несвоевременно. Пусть лучше думают пока, что Володю
зажимают. От этого его народ больше любить будет.
Тем временем Высоцкий допел "Баньку", нажал на паузу и налил себе
полстакана водки.
- Кхе-кхе! - сказал Леонид Ильич. - Володя, не помешаем тебе?
Высоцкий остановился с поднятым стаканом.
- Леонид Ильич! О чем вы?! Да если б не вы...
Брежнев махнул рукой.
- Ладно тебе! Не преувеличивай. - Они с Петькой прошли в комнату. - А это
вот хочу тебя познакомить - товарищ Петр Углов.
- Да ну?! - Высоцкий отложил гитару и встал с дивана. - Да я о тебе,
дорогой товарищ, столько слышал! Давно мечтал познакомиться! - Он подошел
к Петьке и обнял его за плечи. Петька засмущался.
- Да че... это... со мной... мечтали...
- Ну что, мужики, - сказал Брежнев, - теперь нас трое и нам ничего не
мешает по сто пятьдесят дернуть, - он поставил на стол бутылку Столичной.
Высоцкий взял бутылку, потряс ее, посмотрел на пузырьки, цокнул
одобрительно, рванул зубами пробку и разлил водку в три стакана.
Брежнев подмигнул Петьке - видал, мол! Наш человек!
- Ну, - он поднял стакан, - как говорится, народ и партия едины. И
работники культуры, само собой, - Брежнев кивнул на Высоцкого.
Они чокнулись и выпили. Такой вкусной водки Петька никогда еще не пил. Да
еще с Брежневым и Высоцким. Он поморщился и спросил:
- С ВДНХ что ли водка?
- А то откуда же! - ответил Брежнев. - Из павильона "Космос".
- В деревне сроду не поверят, что я с такими товарищами на троих
соображал, - сказал Петька.- Опять скажут, трепло ты, Углов!
- А мы тебе грамоту выпишем, чтоб не сомневались, - Брежнев вытащил из
кармана бланк грамоты с гербом СССР и дал Петьке. - Пиши чего хочешь, а мы
подпишем.
Петька подумал и написал:
"Я, Петр Углов из Красного Бубна..." Подумав еще, над Петром Угловым
приписал: "полковник КГБ в отставке..." - и продолжил - "...бухал прямо в
Кремле вместе с Генеральным Секретарем Политбюро ЦК КПСС товарищем
Леонидом Ильичем Брежневым и народным артистом СССР Владимиром Семеновичем
Высоцким."
Брежнев и Высоцкий расписались внизу.
Петька бережно сложил грамоту и убрал в карман. Только бы не посеять, -
подумал он. - Все в деревне охренеют!
- Сыграй, Володя, - попросил Брежнев.
Высоцкий взял гитару, кашлянул в кулак и запел:
... В заповедных и дремучих страшных Муромских лесах...
Если есть там соловьи, то разбойники...
Если есть там... то покойники...
Страшно, аж жуть...
- Как про нашу деревню, - сказал Петька, когда Высоцкий допел. - У нас там
тоже одни покойники теперь.
- Все там будем, - сказал Брежнев и угостил всех жвачкой.
Высоцкий подошел к окну и облокотился на подоконник.
- Купола в России кроют чистым золотом, - задумчиво произнес он.
Петька посмотрел в окно через Высоцкого и вдруг заметил на кремлевской
стене какое-то подозрительное шевеление. Он прищурился. На стене сидел
человек в черном комбинезоне и прицеливался в Высоцкого из винтовки с
оптическим прицелом.
- Владимир Семенович! - закричал Петька. - Ложись! - он кинулся к окну и
закрыл Высоцкого собой.
Прогремел выстрел. Петька увидел, как на его груди расплывается багровое
пятно.
Леонид Ильич выхватил маузер и не целясь выстрелил. Злодей схватился за
живот, согнулся пополам и упал со стены.
Слабеющей рукой Петька сжал руку Высоцкого:
- Живи, Владимир Семенович, - выдохнул он. - Радуй людей, - и упал на пол.
В глазах у Петьки потемнело...
Белобров-Попов
[cosmos]

В увлекательной игре
собири все звездныйе
багацтва космоса
сыплющиеся из бездонного
неба над головой!
[закодировал М.Борисов]
КРИЭЙТЕД ДАУН.KOCMOC ПОПОВ, БЕЛОБРОВ и LINXY в 1999 и 2000 ГОДУ ПО
ЦЕЛЬСИЮ
huidogonish@mail.ru


DOWN.COSMOShuidogonish@mail.ru
MAKPOKOCMOC/H.DOGONISH/MAKPOKOCMOC/H.PROSSYSH или ЗАГАДКИ ДАУН.КОСМОСА

выпуск 35. ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ ЖИЗНЬ И СМЕРТЬ ПИОНЕРА ДРОЗДОВА (из "Красного
Бубна")
Взвейтесь кострами синие ночи
Мы - пионеры, дети рабочих...
Гимн пионеров
Дроздов увидел впереди какое-то странное зеленое свечение. Сперва он,
конечно, увидел пожары, а уже потом - зеленое свечение. А пока свечения
еще не было видно, подумал, что какие-то долбанутые пионеры жгут два
охренительных пионерских костра. Дроздов вспомнил, как сам был пионером в
первом отряде пионерлагеря, и во время пионерского костра впервые стал
мужчиной...
В то лето он поехал в пионерлагерь в последний раз. Его пятнадцатилетних
ровесников уже в лагерь не брали. А их пятерых взяли в качестве музыкантов
духового оркестра, чтобы они на линейках и пионерских сборах играли марши
и гимны. Дроздов ни на чем не умел играть в духовом оркестре, но ему так
хотелось поехать в лагерь, что он записался барабанщиком. На барабанах
играть могут все, для этого не обязательно учиться - были бы барабаны, а
уж стучать-то он сможет. Бум-бум! И на тарелках тоже сможет. Он видел, как
это делали у дедушки на похоронах солдаты из армии, которые были одеты, по
случаю дедушкиной смерти, в парадную форму. Дедушка Дроздова тоже был
летчиком, еще в гражданскую. Он летал на аэропланах и кидал на вражескую
конницу сверху здоровенные гвозди. Деда Дроздов любил. Дед рассказывал ему
истории про гражданскую войну, и еще у него была настоящая сабля, которую
ему подарил сам Буденный за то, что дед помог Буденному разгромить белый
отряд. А когда Дроздов подрос, дед рассказывал ему неприличные (матные,
как тогда говорили) анекдоты. Один такой анекдот запомнился Дроздову на
всю жизнь: Плывет Чапай по Урал-реке. Над ним делает круг черный ворон и
садится Чапаю на голову.
- А почему ты, Чапай, кар, - спрашивает ворон, - одною рукою только
гребешь?
- Дык у меня вторая ранена.
- Кар! А я думал, ты дрочишь.
На Николая этот анекдот произвел очень сильное впечатление. Дед, который
воевал за красных, рассказывает ему такие анекдоты! Позже, Дроздов увидел
в анекдоте про Чапая еще один смысл - глубоко спрятанную народную мудрость
- иногда, чем связываться с определенными бабами, лучше подрочить. Но это
он не сразу понял. Забегая вперед, надо сказать, что у Николая даже был
спрятан в раздевалке вибратор для мужчин "Элеонора". И когда он
чувствовал, что находится на краю пропасти из-за того, что его тянет к
какой-нибудь не той женщине, Дроздов шел в раздевалку. Воткнешь "Элеонору"
в розетку на пять минут, глядишь, и к этой конкретно женщине уже не так
сильно тянет... Нет, не правда, - кроме анекдота Дроздов запомнил на всю
жизнь еще один дедовский стих:
Пролетая над Чили,
Пилоты подрочили
Этот стих поверг Дроздова в настояший шок. Дроздов и сам уже вовсю дрочил,
но каждый раз, когда кончал, говорил себе, что это в последний раз. Завтра
бросит дрочить и все. Проснется нормальным человеком. И дрочить больше не
будет. Он хочет стать летчиком, а в летчики без силы воли не берут. А тех
кто дрочит и подавно.
Но вернемся в пионерский лагерь, на пионерский костер. Пока младшие отряды
пели вокруг костра песни, Дроздов отошел в темноту покурить. Там-то его и
поймала с сигаретой вожатая Лиля.
- Попался, Дроздов, - Лиля Викторовна возникла как из-под земли. Коля как
стоял с сигаретой во рту, так и остался стоять. Лилька вынула у него
сигарету, бросила и затоптала. - Значит так - одно письмо родителям,
другое в школу!
Дроздов испугался. Он испугался не столько школы, сколько своего отца,
который, получив такое письмо, спустит с Дроздова-младшего штаны и выдерет
ремнем. В пятнадцать лет Коле было уже слишком унизительно подвергаться
такому наказанию. А отец у Коли был суровый и быстрый на руку.
- Лиля Викторовна, - сказал он, - я ж не в затяжку! Просто тут сигарету
нашел и попробовал один раз. Думаю, чего это все курят? Такая гадость! Не
пишите писмо, я больше не буду. Честное пионерское! - он сделал салют. - Я
до этого никогда не курил и после никогда не буду!
- Честное, значит, пионерское? - покачала головой Лиля Викторовна. - А
помнишь ли ты, кто давал "честное пионерское"? Помнишь ли ты, Дроздов, как
Рената Марзеева пытали фашисты? Ему ломали руки, выворачивали ноги, жгли
лицо зажигалками, вырезали на спине звезду и поливали его голого на морозе
ледяной водой! Фашисты хотели узнать у него военную тайну, но он ничего не
сказал, потому что дал себе честное пионерское слово, что не выдаст тайны
врагам! А умеешь ли ты, Дроздов, так, как Ренат, держать свое "честное
пионерское" слово?
- Умею, - ответил Коля твердо.
- Умеешь, говоришь? - Лиля ухватила Дроздова за пионерский галстук. - А
проверял ли кто-нибудь твое умение?
- В каком смысле?
- В прямом. Вот ты дал честное пионерское слово, что не будешь чего-то
больше делать, а тебя заставляют силой! Ты страдаешь, но слово держишь!
Вот в каком смысле! Проверял тебя в таком смысле председатель совета
дружины?
Председателем совета дружины в лагере была Лариса Игоревна. Лариса
Игоревна не проверяла его, просто один раз она как-то странно ущипнула
Дроздова за жопу. - Нет, Лариса Игоревна никого не проверяла. А чего, надо
было?
Лиля Викторовна неожиданно улыбнулась, но тут же сделалась опять
серьезной. - Конечно, надо было! Это ее обязанность! Почему я за всех все
должна делать?! У меня что, нагрузок не хватает?!.. Ох, - она тяжело
вздохнула. - Пойдем, Дроздов, тебя проверять.
- А куда?
- Куда надо! За мной иди. - Лиля Викторовна, огляделась, и зашагала в
темноту.
Коля пошел за ней. Они прошли метров пятнадцать-двадцать, когда Лиля
Викторовна резко остановилась и повернулась к Дроздову.
- Сними барабан, - приказала она.
Коля снял барабан и поставил на землю.
- Подойди ко мне.
Он подошел. Лиля Викторовна подняла руку в пионерском салюте и спросила: -
Пионер Дроздов, к испытанию на "честное пионерское слово" готов?
- Всегда готов, - Коля отсалютовал в ответ.
Лиля Викторовна порылась в кармане, вытащила сигарету и спички. Прикурила,
выпустила дым.
- Пять минут назад, пионер Дроздов, ты дал "честное пионерское", что не
будешь никогда курить. Ты сдержишь свое слово?
Коля кивнул.
- Тогда приступаем к пионерскому испытанию. Я буду тебя пытать, а ты
будешь держать свое честное пионерское слово. - Она вытащила изо рта
сигарету, повернула к Коле фильтром и вдруг крикнула, - Ну-ка, кури!
Коля, чисто автоматически, протянул руку к сигарете, но потом понял, что
это проверка, и спрятал руку за спиной.
- У-у, - он отрицательно помотал головой.
- Кури, тебе говорю! - она подошла ближе.
- Не буду, - Коля сделал шаг назад и уперся спиной в ствол сосны.
- Будешь! - Лиля Викторовна шагнула вперед. - Будешь курить?!
- Не буду!
- Не будешь?! - Лиля Викторовна наступила каблуком сабо Дроздову на
сандаль и надавила.
Коля не ожидал таких мучений. Он приготовился к моральной обработке. Но
решил держаться до конца - лучше немного помучиться, чем письмо домой, там
мучение будет посерьезнее. Он выдавил: - Не буду и все! - Посмотрим! -
Лиля Викторовна убрала ногу, схватила его за ухо и стала крутить.
Из глаз у Коли брызнули слезы. Нет, он не расплакался, просто она дернула
его очень больно.
- Кури, Дроздов!
- Н-нет! Не буду!
Лиля Викторовна так крутануло ухо, что Дроздов решил, что ухо оторвется, а
из глаз у него посыпались искры. Но он не сдался.
- Будешь! - она ткнула сигарету Коле в рот.
Коля стиснул зубы.
- Ладно... Все равно ты у меня закуришь! - Лиля Викторовна взяла сигарету
в рот, и неожиданно схватила Колю за яйца.
Коля чуть с ума не сошел. Во-первых, он никогда не мог себе представить,
что Лиля Викторовна или кто-то другой из вожатых будет хватать пионеров за
яйца. Как-то это было не по-пионерски. Он ни о чем таком никогда не
слышал. Но еще больше Коля испугался, что будет так больно, что уже даже
не стыдно. Однако, Лиля Викторовна не стала давить ему яйца, а начала их
щупать.
- Ой! - Коля почувствовал, что у него встает и ему сделалось жутко
неудобно, что у него перед вожатой встал... Надо же было так не вовремя -
стоит он теперь перед вожатой с торчашим х...ем! Коля покраснел как закат
солнца над океаном. Но было темно.
- Будешь, - прошептала Лиля Викторовна. - Будешь!.. - Она отпустила
Колькино ухо и зачем-то его пососала.
У Коли так встал, что надежды, что еще опустится - не осталось. Коля даже
решил, что это у него теперь на всю жизнь.
Рука Лили Викторовны скользнула вверх и обхватила Колькин напряженный
член. - Что у тебя в кармане? - спросила она.
Коля от стыда чуть не сполз по стволу вниз. И только благодаря тому, что
его волосы приклеились к смоле, этого не произошло.
- Я тебя спрашиваю! Что у тебя в кармане?
- Это... не в карма-ане...
- Как не в кармане?! Так это что, пипирка у тебя такая, скажешь?! - Она
легонько сжала руку. - Так значит ты прямо при мне не только куришь?!.. Но
и торчит у тебя уже наверх?!.. Я не могу поверить, что ты так опустился!..
Ну-ка, Дроздов, снимай штаны, посмотрим, что там у тебя!..
- Как это?..
- Вот так! Как курил передо мной, так и штаны снимай! Курить тебе было не
стыдно, а штаны снять стыдно?!
Коля совсем был сбит с толку. Он перестал следить за аргументацией. Он
расстегнул ремень и штаны упали вниз. Коля остался в синих сатиновых
трусах.
- И трусы снимай! Хочу убедиться, какой ты нахал, что стоишь прямо при мне
с торчащей кверху пипиркой.
- Не сниму!
Лиля Викторовна сама стянула с него трусы. Коля схватил трусы и натянул
назад.
Лиля Викторовна опять стянула. Коля натянул и не отпускал. Тогда Лиля
Викторовна просунула руку снизу под трусы, схватила член и вытащила его
наружу.
- Боже мой! Ну и ну! Ну надо же! И тебе не стыдно так стоять? Опусти его
немедленно! Считаю до трех! Раз! Два! Два с половиной! Три!
- Я так не могу, - Коля чуть не плакал, но член от этого мягче не
становился. - У меня не получается!
- Подонок! А курить у тебя получается?! - Она посмотрела на Колин член. -
Ужас! Не думала я, Дроздов, что ты на такое способен! Письмами тут не
отделаешься! Завтра будем разбирать твое поведение на линейке! Пусть
пионеры всех отрядов выскажутся, что они думают по поводу линии твоего
поведения!
Коля представил себе эту линейку и подумал, что лучше ему умереть.
- Я знаю, - сказала Лиля Викторовна, - почему у тебя не опускается!
Сказать?! Сказать почему?! Потому что ты занимаешся онанизмом! Ага?! Я
угадала?! Коля решил, что ему конец.
- Так вот значит! Значит, кроме того, что ты куришь и еще вот этого, - она
подергала Колин член, - ты еще и онанист! Пионер-онанист! Как вам это
нравится?! А ты знаешь, что бывает от онанизма?! Вот что бывает! - она
опять подергала. - Не опускается от онанизма! Встает и не опускается!
Завтра мы это включим в повестку дня!
У Коли в голове нарисовалась стенгазета. Карикатура: Он с вытаращенными
глазами дрочит преувеличенно длинный конец, а сверху крупными буквами:
ДРОЗДОВ - ПИОНЕР-ОНАНИСТ!
- Интересно знать, - продолжала Лиля Викторовна, - неужели тебе это
интереснее, чем читать книжки или заниматься спортом?! Неужели это так
интересно?! Ну и как ты это делаешь?! Ну?! Что молчишь?! Покажи, чего уж
теперь?!
- Я не онанист!
- Врешь! Не хочешь показывать?! Хорошо! Тогда я тебе покажу, как ты это
делаешь, - рука Лили Викторовны задвигалась на Колькиной шкурке. - Ну,
скажи, неужели тебе это так нравится, что ты не можешь отказаться? А?
Коля зажмурился и вдруг его воображение нарисовало ему голую Лилю
Викторовну. У нее были большие буфера и черные волосы под животом. Ему
стало не только стыдно, но и приятно. Коля почувствовал, что уже скоро
брызнет. Он зажмурил глаза еще крепче.
- Кури! - неожиданно закричала Лиля Викторовна Коле прямо в ухо и спугнула
преждевременную эякуляцию. - Я хорошо знаю повадки онанистов! У мальчиков
вот как у тебя бывает - не опускается. А у девочек, которые занимаются
онанизмом, становится очень сухая! А у тех кто не занимается - мокрая! Вот
я не занимаюсь и у меня как у всех нормальных людей! Вот, посмотри! - Она
схватила Колину руку и засунула к себе в трусы.
Колина рука коснулась мягких влажных курчавых волос... Сейчас брызнет, -
испугался он.
- Кури! - закричала Лиля Викторовна.
- Не буду! - автоматически ответил Коля, не разжимая глаз.
Вдруг он почувствовал, как ноги вожатой обхватили его бедра, и член
влезает во что-то такое.
- Кури! - закричала Лиля Викторовна и задвигалась вперед-назад.
- Не буду...
- Кури... Кури... Кури...
- Не буду...
- Ох... Кури, Дроздов...
- Не буду...
- Кури!..
Коля почувствовал, как Лиля Викторовна сначала задергалась, а потом
обмякла. У Коли брызнуло. Все-таки он не удержался! Х... сморщился и выпал
на воздух. Лиля Викторовна оттолкнулась от Дроздова и одернула юбку.
- Беда с вами, с онанистами, - сказала она, тяжело дыша. - На что только
не приходится идти, чтобы у вас не торчал... Ну так как, будем завтра
обсуждать твое поведение - твое курение и онанизм?
- Лиля Викторовна, я больше не буду.
- Ну, я не знаю, что тебе и сказать... Вроде ты испытание выдержал... не
закурил... Сдержал "честное пионерское". Может ты и про все остальное
"честное пионерское" дашь... что покончишь с онанизмом?
- Честное пионерское, - Коля отдал салют и от резкого движения руки, его
член качнулся из стороны в сторону.
- Ладно, попробуем тебе поверить. Но будем проверять, - Лиля Викторовна
повернулась и пошла в сторону костра, на ходу сунув свои трусики в карман.

Вот так Дроздов впервые стал мужчиной. С той поры прошло много лет,
столько женщин у него было, что он всех и не помнил. А Лилю Викторовну,
вожатую из пионерлагеря, помнил...
Белобров-Попов
[cosmos]

В увлекательной игре
собири все звездныйе
багацтва космоса
сыплющиеся из бездонного
неба над головой!
[закодировал М.Борисов]
КРИЭЙТЕД ДАУН.KOCMOC ПОПОВ, БЕЛОБРОВ и LINXY в 1999 и 2000 ГОДУ ПО
ЦЕЛЬСИЮ
huidogonish@mail.ru


DOWN.COSMOShuidogonish@mail.ru
MAKPOKOCMOC/H.DOGONISH/MAKPOKOCMOC/H.PROSSYSH или ЗАГАДКИ ДАУН.КОСМОСА

выпуск 38. СМЕРТЬ ВИКТОРА ПАЧКИНА. УЖАСЫ ("Красный Бубен" кусочками)
Эпиграф:
Иногда Господь, бывает
Кинет сверху кирпичи
Чтоб внизу не забывали
Обезьянку Чи-чи-чи
Витек спал. Ему снилось, что он тореодор в Испании и на него несется
громадный разъяренный бык с остро заточенными гаечными ключами вместо
рогов. Это был бык Коновалов. Витек отскочил в сторону и бык Коновалов
протаранил рогами штакетник и запутался в досках. Витек воинственно
вскрикнул, отрубил ему хвост и отбежал подальше. На трибунах поднялся шум,
публика зааплодировала. Витек откинул полу телогрейки и поклонился,
придерживая одной рукой на голове шапку-ушанку, чтоб не свалилась. Боковым
зрением он заметил, что Коновалов-бык освободился и несется на него с
огромной скоростью. Мгновение - и Витек будет проткнут, подброшен и
расплющен. Витек высоко подпрыгнул, сделал в воздухе сальто назад,
приземлился на спину Коновалова и схватил его за гаечные ключи. Какой он,
оказывается, ловкий тореодор. И как это раньше он про себя ничего не знал!
А то бы давно уже всем деревенским навешал кренделей и стал бы королем
Красного Бубна.
Коновалов взбесился. Он подпрыгнул, опустился на передние копыта, а задние
задрал повыше с тем, чтобы скинуть Витька через голову и затоптать. Витек
еле удержался на спине быка. Он выпустил из сапогов раскладные шпоры и
глубоко воткнул их под ребра быку Мишке, в отместку за его подпрыгивания.
Мишка Коновалов заорал нечеловеческим голосом "Му!" и стал беспорядочно
скакать по арене. Витька мотало так, что шапка-ушанка слетела с его головы
и, перелетев на трибуну, повисла на каком-то болельщике. А челюсть у
Витька ходила ходуном и зубы стучали друг о друга как кастаньеты. Из
карманов высыпалась мелочь и раскатилась по арене. На арену выскочили
пацаны и бросились ее подбирать. Витек рассердился. Ему стало обидно, что
пока он тут сражается с быком, у него бессовестно тырят деньги.
- Не трожь! - заорал он, оборачиваясь.
Но тут Мишка так наподдал жопой, что Витька подкинуло и, если бы он не был
такой ловкий и не держался за рога, то свалился бы обязательно. Витек
забыл про деньги и начал крутить Коновалову рога на бок. Мишка не
поддавался, поворачивая голову в обратную сторону. Врешь! Куда тебе против
Витька, короля Красного Бубна! Он с силой потянул голову на себя и один
рог-ключ выломался из головы и остался у Витька в руке. Витек не
растерялся. Он размахнулся и как следует врезал Коновалову ключом по
башке. У Мишки подогнулись передние ноги. Он зашатался и рухнул на бок.
Витек едва успел соскочить с быка, чтобы тот не придавил его своей тушей.
На трибунах заревели. Вверх полетели шапки. Витек залез на подыхающего
быка, поднял руку с ключом вверх и замер в позе победителя на пьедестале.
Настроение было превосходное. Во-первых, он одолел такую силищу.
Во-вторых, отомстил за какую-то обиду, которую он, как следует, вспомнить
не мог. В-третьих, он знал, что теперь его объявят королем Красного Бубна
и он всех подданных в широком смысле трахнет в жопу. А Коновалова - если
тот конечно выживет после того как Витек выдернул у него рог - он вообще
зачморит и смешает с говном. И еще Петьку Углова, дружка его, тоже
угандошит за компанию. Витек топнул ногой по Мишкиному боку. Бык
вздрогнул, ударив по земле остатком хвоста.
И тут из загона на арену вышел Кинг-Конг. Витек замер. Он видел его в
кино, но не предполагал, что ему придется сражаться с гигантской обезьяной
один на один. Кинг-Конг был ростом с пятиэтажный дом. У него были красные
выпученные глаза, острые зубы, страшные лапы и ноги такие, что Кинг-Конг
мог спокойно раздавить не только Витька, а целый грузовик с прицепом.
Витек спрыгнул с Коновалова и попятился. Кинг-Конг нагнулся, протянул
вперед мохнатую лапу и сгреб Витька в кулак. В следующий момент Витек уже
находился перед глазами ужасной обезьяны-гиганта. Кинг-Конг поднес Витька
ближе и зрачки зверя сошлись у носа.
- Хрр-р-а-ааа! Хамдэр-р-р! - Кинг-Конг зарычал так, что у Витька чуть не
лопнули барабанные перепонки. Он увидел страшную черную пасть с черным
языком. Ему показалось, что на стенках горла, размером с пещеру, пляшут
отблески огня, пылающего у обезьяны внутри. Витек понял, что это вход в
Ад. Изо рта на Витька так дохнуло смрадом паленых душ, что его тут же
вырвало зверю на язык. Обезьяна заревела и выплюнула рвоту Витьку обратно
в лицо. А потом завела руку за спину и засунула Витька к себе в жопу. У
Витька перехватило дыхание. Дерьмо залепило ему уши, глаза, нос и рот. Он
услышал, как в недрах у зверя низкий рокочущий гул, который с каждой
секундой становится все громче и приближается. Витек понял, что сейчас
произойдет. Он понял от чего он умрет. И это было ужасно. Звук нарастал.
Обезьяна смертельно пернула...
Витек слетел с кровати. Он сидел на полу и дико озирался кругом. Он слышал
наяву отзвуки того, что пережил во сне. Стекла вылетели из окон и усыпали
осколками весь пол. Со стены упала репродукция картины "Аленушка", рамка
раскололась на части. По зеркалу над умывальником пробежала наискось
трещина. Лампочка под потолком раскачивалась. А за окнами полыхало пламя.
В дверь влетела перепуганная бабка Вера.
- Ой-ей-ей! - она схватилась за голову. - Кажись, Витек, бонба упала!
Война началась! Ой-ей-ей! Витек вскочил и сморщился от резкой боли в
голове. Он поправил на лбу повязку и высунулся в разбитое окно.
На бугре перед церковью горели обломки самолета.
- Это, мамаша, не бомба! - крикнул он. - Это самолет пи...анулся!
Пойдемте, мамаша, смотреть чего осталось!
...Витя Пачкин прибежал к месту взрыва первым. Во всяком случае, никого он
пока поблизости не заметил.
На холме, недалеко от церкви полыхало пламя. Витя остановился и огляделся
посмотреть - нет ли кого из деревенских. Но никого не заметил. Только
маленькие костерочки горели там и тут, по сторонам от основного пожарища.
Его немного удивило, что никого нет. Ну, нет и ладно...
Из пламени что-то торчало. Что-то черное. Витек подошел поближе. Мамочки!
Посреди огня возвышался столб, к которому был привязан человек.
Ветер донес до Пачкина запах жареного мяса. Витек отпрянул назад и потер
глаза. Человек не исчез. И запах тоже. Теперь Пачкин разглядел его
получше. На столбе висел мужчина в летчицком шлеме. Его голова была
опущена на грудь, а руки скручены над головой. За столбом Витек увидел
догорающий хвост самолета.
Кто-то сзади положил Витьку руку на плечо.
- Ваши документы! - произнес хриплый голос.
Пачкин вздрогнул. Он не слышал, как к нему кто-то подошел.
Сзади стоял солдат в пилотке и плащ-палатке.
- Ваши документы! - повторил он.
У солдата был доисторический вид, как будто он сбежал со съемок фильма про
Великую Отечественную войну.
- А че такое? - ответил Витек.
- Хрен через плечо!.. Документы!
- А ты кто такой?!
- Сейчас узнаешь, - молниеносным движением солдат выхватил из-под
плащ-палатки автомат ППШ и двинул прикладом Витьку в челюсть.
Пачкин отлетел. Когда голова снова начала соображать, она сообразила, что
в ней стало на... раз, два, три...несколько зубов меньше. Витек сплюнул
зубы на ладонь, другой рукой потрогал разбитые губы. С детства он не
помнил, чтобы ему доставалось так, как сегодня. Сначала получил по голове
от шлюхи, потом от Коновалова гаечным ключом, теперь ни за что ни про что
выбили зубы. Нет, не зря ему так не хотелось ехать домой в деревню. Он не
был здесь несколько лет и отвык от такого беспорядка. Все же в городе так
часто по морде не дают. И еще он подумал, где же он будет зубы вставлять с
теперешними-то ценами.
- Ты че дерешься?! С ума сошел?! - Витек поднял глаза и увидел перед собой
дуло автомата.
- Документы давай! Последний раз повторяю! - щелкнул затвор.
Витек наконец понял, что с ним не шутят, и полез в задний карман брюк.
Вытащил паспорт и протянул солдату.
- Так, - солдат раскрыл документ. - Виктор, значит, Пачкин. - Он захлопнул
паспорт и швырнул в огонь.
- Ты чего делаешь?! - закричал Витек и метнулся вперед за паспортом.
Но тут же повалился на землю, сбитый тяжелым прикладом.
- Тебе он больше не нужен, - сказал солдат будничным тоном. - Мертвецам
паспорта не нужны. Теперь у тебя не будет ни имени, ни фамилии, ни
паспорта, ни прописки, ни всякой другой такой ерунды... Да...
- Как же это я буду без паспорта?..
- Хе-хе, - осклабился солдат. - Так и будешь ты теперь беспаспортный труп.

- Как это?!.. За что?! - всхлипнул Пачкин.
- Очень просто. Упал и разбился сверхсекретный военный самолет, - солдат
показал пальцем за спину. - Упал?
- Упал...
- Едем дальше... Как ты, Пачкин, понимаешь, это абсурд. Не можем же мы
делать сверхсекретные самолеты, которые разбиваются как обыкновенные? Не
можем?
- Не можем...
- Правильно... Поэтому, летчика, за то, что он самолет угробил, который
таких деньжищ стоил, мы, как видишь, поджариваем... Поджариваем?
- Поджариваем...
- Ведь он заслужил?
- Он... заслужил...
- Ну вот! А всех свидетелей гибели сверхнадежного самолета мы пускаем в
расход, чтобы разговоров не было. Пускаем?
Ужасная логика солдата дошла до Витька. Логика железная, не допускающая
возражений.
- Я никому не скажу, - просипел Пачкин.
- Все так говорят, а потом ползут слухи вредные... Ты вот, вижу, мужик-то
неплохой... Но тоже... потерпишь-потерпишь, а потом нажрешься и
разболтаешь по пьянке. Водку-то пьешь?
- Только по праздникам, - замотал головой Витек.
- Вот в праздник и разболтаешь!.. Испортишь людям праздник...
- Не разболтаю! Клянусь, не разболтаю! - Витек подполз к солдату и стал
целовать ему сапоги.
- Ну... это ты брось, - солдат легонько двинул Витька каблуком в ухо. - Не
при старом режиме!.. Да... Ну, не знаю, что и делать с тобой...
- Пощадите! У меня мать старая! На кого я ее брошу?!
- О матери ты, Пачкин, не волнуйся... Мы о ней позаботимся...
- У меня невеста в городе! В музее работает! Музейный работник!
- Невеста у тебя?.. Любишь ее?
- Люблю! Люблю!
- Ну, не знаю... Ну, как мне с тобой быть? У меня приказ. А приказ надо
выполнять... Не знаю, не знаю... Может ты знаешь как мне быть?
- Я никому не скажу, - Витек заплакал.
- Это ты говорил уже... А я тебе на это уже ответил... А ты мне предложи
что-нибудь, чтобы я тебе навстречу мог пойти...
- Я никому не скажу...
- Ну что ты заладил одно и то же, как попугай?.. Вот видишь, ничего ты мне
предложить не можешь... А ведь это тебе надо, а не мне... Мне-то что за
тебя думать? Зачем мне это? Я тебя застрелю сейчас и все, и ничего думать
не надо... Хе-хе... А ты если не хочешь умирать, должен не просто словами
пустыми отделаться, а пожертвовать чем-то... Чем-то пожертвовать...
Витек вытащил из кармана кошелек и протянул солдату:
- Вот, возьми! Это все, что у меня есть!
Солдат взял, открыл кошелек, поглядел внутрь:
- Деньги?..
- Деньги!
- Тфу! Твои деньги и так мои будут, когда я тебя расстреляю... Нашел, чем
пожертвовать! Это не жертва! Жертва, это то, чего тебе действительно жалко
до слез, но все же подешевле жизни... Намек понял?.. Постой! Кажется, я
придумал!.. Давай-ка тебе, Пачкин, язык отрежем! Чтоб ты не разболтал!
Витя упал на спину.
- Не хочешь?.. Ну, как знаешь, - солдат навел ему в лоб дуло автомата. - А
я ведь, как лучше хотел... Пожалел тебя...
- Стой! Не стреляй! Давай отрежем!
- Молодец! Правильный выбор! Так на твоем месте поступил бы каждый, -
солдат вытащил из-за пояса штык-нож. - Высовывай свой язык.
Витя покрылся испариной и медленно высунул язык. Язык дрожал, с него текла
по подбородку слюна.
Невозможно описать, какие мучения испытал Пачкин, когда солдат, ухватив
кончик языка одной рукой, другой резал по живому... Туда... сюда...
туда... сюда... Боль... кровь... душераздирающее мычание... слезы...
Кровь... Кровь... Кровь хлестала фонтаном... Он давился ею... Она текла у
него по подбородку и стекала по груди и шее на траву...
- Готово! - солдат показал Пачкину его отрезанный язык. - Вот он! Смотри,
Пачкин, какой у тебя язык был! Он бы мог стать причиной стольких бед и
несчастий. Но не стал. Наоборот, благодаря моей солдатской смекалке, ты
жив остался. Поедешь теперь к невесте... музейному работнику... Мамку
старую увидишь...
Витек плакал. Он не мог поверить, что все это происходит наяву.
- Ну что ты плачешь? Радоваться надо, Пачкин, что жив остался, а ты
плачешь!.. Ну, не сможешь ты теперь разговаривать. Ну и что! Зато лишнего
не сболтнешь! А если уж очень надо тебе будет чего-нибудь сообщить, так ты
возьми карандаш с бумагой и напиши чего тебе надо. Грамотность у нас в
стране поголовная! Правильно?..
Витек механически кивнул.
- Постой!.. Как же это?! Чуть было я не упустил! - солдат хлопнул себя
ладонью по лбу. - Ты же можешь и вредное чего написать! Например, про
самолет! Как же это я... Едва не опростоволосился!.. Давай-ка мы, Пачкин,
тебе еще руку отрежем, чтоб ты написать ничего не смог!
Витек замычал и попытался отползти. Но солдат придавил его коленом к земле
с такой силой, что Пачкин чуть не задохнулся.
- Куда ты, Пачкин?!.. Подожди... немного...
Солдат воткнул нож Виктору в плечо и медленно стал перепиливать кость.
Пачкин потерял сознание.
Очнулся он от того, что солдат бил его по щекам. Правой руки уже не было.
- Слушай, Пачкин, я чего подумал-то... Ведь ты же, при желании и левой
писать можешь... не так красиво, но можешь... А вдруг, ты вообще левша и
захотел меня обдурить?! Ох ты, Пачкин, какой хитрец! - солдат погрозил
Виктору пальцем. - Хитрец ты, Пачкин!.. Но русского солдата не обдуришь!..
Переворачивайся на живот, а то мне так неудобно тебе руку резать... Ну что
ты лежишь, как бревно?.. Не можешь что ли перевернуться? Ну, давай я тебе
помогу, - солдат перевернул Пачкина на живот. - Сейчас, Пачкин.
Он воткнул нож в левое плечо и Виктор снова потерял сознание...
Придя в себя перед смертью, он увидел склонившееся над ним знакомое лицо
мамкиного соседа Колчанова. Колчанов неприятно улыбался и махал Пачкину
его же отрезанной рукой.
- Привет, Витька! Что, обманули дурака на четыре кулака?! - Он швырнул
руку Пачкину на живот и засмеялся. Потом сложил ладони ковшиком, подставил
их под Витькино плечо, из которого хлестала кровь, набрал полную пригоршню
и напился...
Белобров-Попов
[cosmos]

В увлекательной игре
собири все звездныйе
багацтва космоса
сыплющиеся из бездонного
неба над головой!
[закодировал М.Борисов]
КРИЭЙТЕД ДАУН.KOCMOC ПОПОВ, БЕЛОБРОВ и LINXY в 1999 и 2000 ГОДУ ПО
ЦЕЛЬСИЮ
huidogonish@mail.ru






Владимир Белобров, Олег Попов. Загадки даун-космоса


На главную
Комментарии
Войти
Регистрация