<< Главная страница

Владимир Белобров, Олег Попов. Реализация (из романа "Большая шишка")



Старшеклассник Вова Лобанов сел за стол, чтобы написать рассказ про любовь.
Он взял ручку и вывел заголовок:

ЛЮБОВЬ

Но потом зачеркнул и написал сверху:

ВСТРЕЧА

Потом отступил две строчки и написал:

"Смеркалось. В воздухе пахло фиалками."

Потом опять все зачеркнул и написал:

"Взошла луна. На дереве заухала сова. На сосне заскрипела макушка."

Но снова зачеркнул и написал:

"В подъезде все лампочки были выбиты. Ваня Сибирко осторожно поднимался по лестнице."

Но опять зачеркнул и опять написал:

"Взошла луна."

Но зачеркнул и написал:

"Смеркалось."

Зачеркнул, скомкал листок и бросил на пол.
Потом аккуратно вывел на чистом листе большими буквами:

ВСТРЕЧА

И ниже написал:

"Неподалеку от блиндажа разорвалась граната. На голову командира взвода Александра Панина посыпалась земля. Александр щелкнул затвором и дослал патрон в патронник."

Потом все зачеркнул и написал:

"Солнце зашло за тучи. Женя Макаров вышел из электрички с букетом сирени."

Но и это зачеркнул и написал:

"Коля Зуев шел по лесу с палкой. Он очень устал. Он шел уже десять дней."

Подумав, Вова зачеркнул "десять дней" и написал "три часа".

"Но идти ему оставалось уже немного. Часа два."

Тут Лобанов встал и снял с полки Пушкина - посмотреть как это у Пушкина. Вова полистал книгу и не нашел ничего подходящего.

Он обратно сел и написал дальше:

"Зуев сел передохнуть на бревно. Вытряхнул из пачки папиросу. Подул в нее и закурил. "Куда меня несет? - думал он. - Куда меня в самом деле несет?"

Потом Вова зачеркнул эти мысли и написал наоборот:

"Как хорошо, - думал он, - что у меня есть возможность пойти к Наде Мосенковой."

Потом зачеркнул и эту мысль и написал по другому:

"Как жаль, - думал он, - что со мной теперь нету Тамары Королевой."

Но и эта мысль Лобанову не понравилась. Он зачеркнул и написал:

"Марина, наверное, меня уже ждет, - думал он. - Наверное, волнуется." - Зуев поплевал на бычок, встал и пошел дальше.
Еще через полчаса Зуев понял, что заблудился и идет куда-то в бок. Зуев пошел по другому.
Он шел-шел. Было уже совсем темно, когда он вышел на незнакомую деревню.
Коля постучал в окно одного дома.
Загорелся свет и в окошко высунулась заспанная морда.
- Чего надо? - спросила она.
- Скажите, как называется ваша деревня? - спросил Коля.
- Что за идиотский вопрос в три часа ночи?!.. Деревня "Батурино".
- Никогда про такую не слышал, - удивился Зуев.
- Теперь услышал? До свидания, - окошко захлопнулось.
- Эй, погоди! - Коля постучал.
- Что тебе еще? - высунулась опять морда.
- Пусти, дядя, переночевать. У меня кроме тебя тут никого знакомых нет.
- Ёпэрэсэтэ!.. Ладно уж, заходи.
Зуев прошел в избу.
В избе оказалось человек тридцать народу. Люди сидели в темноте на лавках и пили чай вприкуску. Все как один были в повязках с перьями.
К Зуеву подошел его новый знакомый.
- Меня зовут Борис Чулков. А это - члены тайного кружка "ВСЁ ХЕРНЯ". Мы все здесь считаем, что все херня, и тайно собираемся об этом поговорить.
- Интересно, - сказал Зуев. - Любовь тоже херня?
Борис Чулков обратился к собранию:
- Этот молодой человек спрашивает - что такое любовь. Что мы ему ответим на это?
- Любовь - это херня! - ответили ему хором.
- Странно как-то, - Зуев пожал плечами. - С чего вы это взяли?
- Мы - последователи деда Тимофея Козырева. Однажды дед Козырев сидел на лавке и вдруг подумал: "Зачем я живу? Сейчас лягу, а завтра вставать... Полная херня!.. А завтра вечером опять лягу, а потом обратно вставать... Опять херня получается... Всю жизнь такая херня... Все - херня! - Дед Тимофей прямо вспотел и стал думать дальше. - Трудиться - херня. И отдыхать - херня... Ходить - херня. И лежать - херня... Водка - херня. И не пить - тоже херня." Дед Тимофей Козырев пошел тогда и поджег клуб. Пока клуб горел, дед Тимофей бегал рядом, громко смеялся и орал: "Все - херня!" Деда Козырева посадили в тюрьму. В тюрьме он написал книгу поучений "Что такое жизнь" и умер. Все мы считаем себя учениками деда Тимофея Козырева! - Чулков взял со стола тетрадку, зажег свечку и прочитал:

"Можно куда-то сходить
Там что-то такое сделать
А можно никуда не ходить
И ничего там не делать

А можно куда-то сходить
Но ничего там не делать
А можно никуда не ходить
А можно на месте сделать

А можно на месте не делать
А сделать куда-то сходить
А можно куда-то не делать
А можно на месте сходить."

Вова Лобанов откинулся на стуле: "Закопался, - подумал он. - Пишу рассказ не по теме. Нету любовной линии."
Вова зачеркнул все до места, когда Зуев просится ночевать и написал:

"- Пусти, дядя, переночевать. У меня здесь кроме тебя никого нет.
- Епэрэсэтэ! Иди своей дорогой, - окошко опять захлопнулось и в избе погас свет."

Лобанов задумался: "Ага. Раз этот ночевать его не пустил, значит любовная линия где-то в другом месте... Предположим, Зуев идет дальше по деревне и встречает у колодца девушку... которая пошла ночью за водой... потому что дома не было воды..."

"Зуев шел по темной улице. Впереди показался колодец. Рядом стояла девушка в резиновых сапогах с полными ведрами.
- Добрый вечер. Хорошая примета - встречать на пути человека с полными ведрами. Вы местная?
- А то!
- А я заблудился... Нельзя ли у вас переночевать?
- Еще чего! Много вас кобелей ходит!"

Лобанов встал, походил по комнате: "Так... Зуева отшили... Опять не получается про любовь."
Вова скомкал листок и бросил на пол.
На чистом листе написал:

"ВСТРЕЧА

Джимми Винстон, простой парень из штата Калифорния, ехал на лимузине к своей девушке на день рождения."

Лобанов довольно хмыкнул - начало ему понравилось.

"По бокам дороги в стремительном движении мелькали пальмы и виллы.
Джимми включил приемник. По радио передавали песню Питера Робинсона "Горячие собаки".

Я парень, как перец, горячий
Я жить не могу без драк
Но больше всего на свете
Люблю я горячих собак!

Я парень, как перец, горячий
Я виски хлебнуть не дурак
Но больше всего на свете
Люблю я горячих собак!

Я парень, как перец, горячий
Люблю я потискать баб
Но больше всего на свете
Люблю я горячих собак!

Припев:

Америка, Америка
Великая страна
Горячими собаками
Прославилась она!

На обочине голосовала девушка в миниюбке.
Джимми Винстон притормозил.
- Привет, крошка. Садись.
Девушка села рядом, закинув ногу на ногу.
- Жвачка, - предложил Джимми. - Как тебя зовут?
- Мэри, - ответила девушка, взяв резинку.
- А меня Джимми. Джимми Винстон. Тебе сколько лет?
- Мне девятнадцать.
- А мне двадцать три... Натуральная блондинка или крашеная?
- Крашеная.
- Это хорошо. Мне нравятся крашеные блондинки, потому что у них больше возможностей. Замужем?
- Не замужем. А вы?
- Я тоже. Пьющая?
- В меру.
Джимми достал из бардачка фляжку и протянул Мери.
- Мерси, - девушка отхлебнула.
- А я за рулем не пью... Какое у тебя образование?
- Высшее.
- А у меня среднее. Парням не нужно высшего образования. Им нужно заниматься делом.
Мери сделала еще глоток и задрала ноги на приборную доску.
- Какие у тебя ножки, - сказал комплимент Джимми. - Мне бы такие!"

Вова Лобанов быстро записывал, высунув от вдохновения язык. Он чувствовал необыкновенный подъем.

"- Мои ноги всем нравятся. У меня ноги, как у "Мисс Калифорния" этого года.
"А титьки у тебя интересно какие?" - подумал Джимми Винстон, а вслух сказал:
- Поехали со мной в Лас-Вегас. У меня там собственный большой бизнес.
Девушка недоверчиво покосилась на Джимми.
- Еще скажешь, что у тебя собственный Эмпайр-Билдинг!
- Не Эмпайр, конечно, Билдинг, но тоже двадцатиэтажное здание. На первом этаже - ресторан. На втором - казино. На третьем - стриптиз-бар. На четвертом - шикарный бордель. На пятом - библиотека. На шестом - кинотеатр. На седьмом - цирк на льду. На восьмом - супермаркет. На девятом - Макдональдс. На десятом - полиция. На одиннадцатом - теннисный корт. На двенадцатом - игральные автоматы. На тринадцатом - театр. На четырнадцатом - притон. На пятнадцатом - баскетбольная площадка. На шестнадцатом - больница. На семнадцатом - дискотека. На восемнадцатом - дом собраний адвентистов седьмого дня. На девятнадцатом - банк. На двадцатом живу я с прислугой. А на крыше у меня площадка для гольфа... Поехали ко мне домой?
- Вам вместо площадки для гольфа только кладбища не достает.
- Ты не первая. Многие мне сначала не верили, а потом жалели, на коленях умоляли.
- Хмы! - Мэри вытащила сигарету.
Джимми чиркнул большой зажигалкой.
- Знаешь, детка, сколько стоит эта зажигалка? К твоему сведению, она стоит двести баков. Таких зажигалок всего в мире пять. Одна у президента, одна у Рокфеллера, одна у Фрэнка Синатры, одна у Папы Римского и одна у меня. Видишь тут надпись: "ВИНСТОН No5"
- Хи-хи.
- Предлагаю остановиться вон там за кустами и перекусить. У меня есть кофе в термосе и сэндвичи.
Машина съехала с дороги и остановилась в кустах.
Джимми достал из багажника термос и сэндвичи. Постелил на траве чехол.
- Мэри, кушать! - позвал он.
Девушка села напротив.
- Схожу за кетчупом.
Возвращаясь назад, Джимми как бы случайно налетел на спину Мэри.
- Ой! Извините, Мэри, я вам тут всю спину кетчупом нечаянно измазал. Снимайте быстрее кофточку - у меня в машине есть эффективный пятновыводитель. Я отвернусь.
Девушка скинула кофточку, но никаких пятен от кетчупа на ней не увидела.
Джимми резко обернулся.
- Ха-ха-ха! Ловко я тебя надул!
- Дурак...
- Не обижайся, крошка. Когда ты показала - какие у тебя ноги, я подумал - интересно, а какая у нее грудь. И я хочу заметить - у тебя, детка, блестящая грудь!
- Я сразу поняла, чего ты от меня хочешь, когда садилась в машину..."

В дверь позвонили.
Вова Лобанов с досады сплюнул и пошел открывать.
- Привет, Вовчик! - на пороге стояла его одноклассница Таня Каблукова. - Ты чего не в школе?
- Заболел.
- Чем заболел?
- Заходи, расскажу.
- Они прошли в комнату.
- Что делаешь?
- Пишу рассказ.
- Про что?
- Называется "Встреча".
- Дай почитать.
- А смеяться не будешь?
- Посмотрим.
- Хорошо... Я сам прочитаю... "ВСТРЕЧА... Джимми Винстон, простой парень из штата Калифорния ехал на лимузине к своей девушке на день рождения. По бокам дороги в стремительном движении мелькали пальмы и виллы..."
Весь рассказ Таня слушала как завороженная.
- Пока все, - закончил Вова.
- Ну ты талант! - выдохнула Таня. - Я и не догадывалась, что ты такой талант! Как у Артура Хейли.
- А хейли нам, - развел руками Вова.
- А что дальше было?
- Дальше ты пришла. Прервала мое вдохновение.
- Если б я знала, что у тебя вдохновение, я бы ни за что не пришла.
- Да ладно, потом допишу... Тань, ты когда-нибудь целовалась?
- А что?
- Хочешь, я тебе про поцелуи свой стих прочту?

Твои благоуханные уста
Меня пленили жарким поцелуем
С тобой я повстречался неспроста
И вот никак теперь не нацелуюсь

И нас с тобой никто не разлучит
Мы связаны навеки поцелуем
Как сердце упоительно стучит
Когда с тобой на вечере танцуем.

- Ну ты даешь, Вов! Как в жизни! А про кого это ты написал?
- Не догадываешься?.. Это я, Тань, про тебя написал, когда мы с тобой на вечере танцевали.
- Про меня?.. А я и не догадывалась... Тем более мы не целовались с тобой.
- Так давай теперь поцелуемся.
Вова Лобанов быстро обнял Таню и поцеловал в губы.
- Вов, куда ты лезешь? Пусти...
- Я тебя люблю, Тань... А ты меня любишь?
--... Люблю...
Рассказ "ВСТРЕЧА" так и остался незаконченным..."

Владимир Белобров, Олег Попов. Реализация (из романа "Большая шишка")


На главную
Комментарии
Войти
Регистрация